Больше волшебства и чудес. Интервью с Маргаритой Полонской
В июле в издательской программе NoAge «Есть смысл» выходит повесть Маргариты Полонской «Сахарная пудра». Поговорили с писательницей о творчестве, вдохновении, любимых произведениях и круассанах.
— Рита, привет! Совсем скоро увидит свет твоя первая книга. Что чувствуешь?
— Очень волнуюсь и очень радуюсь.
— Мечтала ли ты в детстве стать писательницей?
— Не помню, чтобы прямо мечтала. Помню, что написала роман шариковой ручкой на альбомных листах А4, там было страниц двадцать восемь, и в конце героиня прыгала с крыши в свадебном платье.
— Расскажи немного о своем литературном пути. О чем были твои первые рассказы? Поменялись ли темы, которые ты поднимала в своих произведениях?
— Я училась в Петербургской школе нового кино на сценаристку в мастерской Олега Дормана, писала много, но хороших сценариев так и не получилось. В 2023 году я узнала про проект «Что я знаю о папе?» и решила написать туда текст, потом был опен-колл от «Горящей избы» и еще от Psychologies — так совпало, что темы мне подходили. Писалось легко, потому что это был эксперимент, не было груза ответственности — просто я, сценаристка, попробовала писать прозу.
— Как ты придумала «Сахарную пудру»? Сколько времени работала над текстом? И как появилось название?
— Летом 2024 года я участвовала в лаборатории от Гете-института в Санкт-Петербурге, посвященной столетию со дня смерти Франца Кафки. В рамках лаборатории мы должны были написать рассказ. Я прочитала свой черновик, и другие участницы и ведущая лаборатории, сценаристка Галя Лурье, сказали, что из этого нужно сделать большое произведение, что материала больше, чем на рассказ. В итоге для лаборатории я должна была написать что-то еще, а идей не было. Ко мне в гости приехала подруга, которая только-только устроилась в службу поддержки одной известной торговой сети. Я тогда болела, а она сидела за ноутбуком и жаловалась, что люди наезжают на нее за то, что палочки к роллам не положили или что-то такое. В конце концов я написала для лаборатории рассказ про девушку, которая работает в службе поддержки и борется с щупальцами, вылезающими из раковины. Он стал частью книги и отправной точкой для образа Валерии.
— Как бы ты сама обозначила жанр произведения?
— Приключенческий.
— В тексте присутствуют элементы магического реализма, главная героиня переживает превращение. Звучит невероятно! А насколько тебе самой нравится внедрять фантастическое в литературную канву?
— Я стала делать это чаще. Взрослая жизнь сложная, тяжелая, хочется больше волшебства и каких-то чудес.
— Вдохновлялась ли ты какими-то произведениями, когда писала книгу? И кто сегодня твои любимые писательницы и писатели?
— Замысел возник на лаборатории в Гёте-институте, можно сказать, что вся тема с жуком оттуда и пошла. Мне нравятся произведения Саяки Мураты, Ольги Токарчук, Салли Руни, Евгении Некрасовой, Кортасара и Кобо Абэ.
— Где происходит действие повести? И почему ты решила поместить героев не в столицу?
— Все происходит в моем родном городе Омске, из которого большинство старается уехать в Москву и Петербург. Я уехала оттуда больше десяти лет назад, и мне интересно, что было бы, если бы я осталась, и как бы сложилась моя жизнь там. Наверное, это я так скучаю по Омску.
— Если не брать в расчет, что главная героиня Валерия — лишь наполовину человек и ночами превращается в жука, есть ли у героев «Сахарной пудры» прототипы? И есть ли у кого-то из персонажей твои черты?
— Да, я бы тоже, как и Валерия, хотела бы ухаживать за бровями и купить когда-нибудь гель для них. А если серьезно, то в них всех по чуть-чуть есть что-то от меня или моих близких. Валерия все время действует, что-то разруливает. Я по профессии менеджер и тоже все время что-то разруливаю.
— Почему загадочным лакомством с волшебным эффектом становится именно круассан («кру»)?
— Я очень люблю круассаны, но сейчас не ем их, так как худею. И очень скучаю по ним!
— А есть ли персонаж, который тебе не нравился? И кто нравится тебе больше остальных?
— Мне очень нравится Арина Сергеевна. У нее есть принципы, она помогает людям, но никто, кроме самих этих людей, об этом не знает. Ее деятельность невидима, но все равно ценна.
— Некоторые вопросы можно отнести к спойлерам, поэтому мы их заблюрим, но не могу не спросить, так как уже прочла книгу.
ОСТОРОЖНО, СПОЙЛЕРЫ!
— Катя Тюхай в блербе пишет, что для нее твоя повесть в том числе о сестринстве. Не могу с ней не согласиться, ведь ключевую роль в победе над злом удалось одержать благодаря «Сахарному сопротивлению». Насколько для тебя важна поддержка, если говорить о литкомьюнити и школах креативного мастерства?
— Поддержка стопроцентно лучше, чем неподдержка. Я очень благодарна Алесе Атрощенко, с которой мы познакомились в Переделкино во время лаборатории «Действующие лица», за ее терпение и внимание к моим текстам, и Жене Некрасовой. Они умеют дать обратную связь так, что хочется писать еще больше. А еще я никогда не чувствовала в них надменности, общение с ними — всегда внимательный диалог.
— Ты, как и Эдик в «Сахарной пудре», работаешь в благотворительной организации, а если точнее — в «Антон тут рядом». Что входит в твои обязанности? И что для тебя значит работа в фонде?
— В фонде есть инклюзивный оркестр «Антон тут рядом», труппа современного танца и перформанса «Антон тут рядом» и другие классные арт-проекты. Я вместе с командой занимаюсь развитием этих проектов. Моя часть — продюсерско-кураторская. Работа в фонде занимает большую часть моей жизни, очень дорожу ею и людьми, с которыми имею счастье работать.
— Думаешь ли ты сейчас о новых текстах?
— Да, у меня практически готов замысел новой книги.
Беседовала Юля Кузмина