Выводя слова от руки, я становлюсь честнее. Интервью с Чан Ынчжин
В июле в серии park.Noge вышла книга южнокорейской писательницы Чан Ынчжин «Никто не отвечает» — история молодого человека, который, взяв с собой лишь слепого пса, MP3-плеер и книгу, отправляется в дорожное путешествие. Перевела с корейского Дарья Крутова.
Чан Ынчжин родилась в 1976 году. Окончила национальный университет Чоннам в Кванджу по специальности «География». Получила известность благодаря своим глубоким меланхоличным текстам, на страницах которых исследуются темы одиночества и человеческих взаимоотношений. Дебютировала в 2002 году с рассказом «Прогулка в сопровождении», впоследствии отмеченным премией Chonnam IIbo от одноименного издания. Сегодня на счету автора семь романов и три сборника малой прозы.
«Никто не отвечает» — самая известная книга Чан Ынчжин. Она была переведена на английский, испанский, польский, турецкий, китайский и армянский языки. В 2013-м роман вошёл в число лучших новинок года по версии The Guardian и портала London Korean Links. Подготовили для вас интервью, в котором Чан Ынчжин говорит о себе и внутренних переживаниях, о детских песнях и важности рукописных писем.
— Как бы вы описали себя?
— Я заперта в маленькой тёмной холодной комнате, совсем одна, и смотрю в окно. Снаружи весна: ярко, тепло, повсюду цветы и нарядные люди — полная противоположность тому, что внутри. Я до сих пор вижу себя этой меланхоличной сущностью, заточённой в тёмной комнате. И часто думаю: как бы мне хотелось выбраться отсюда, наружу, в ту светлую весну.
— У вас есть сестра-близнец. Вы похожи внешне, голосом, складом ума. Она — ваш идеальный собеседник, понимающий без слов, или «второе я»?
— Сходства так много, что я словно смотрю в зеркало. Не воспринимаю её как другого человека — скорее, как саму себя. Но через сестру я не могу унять одиночество или излечить душевные раны. В старшей школе я ужасно не любила быть близнецом. Мы доходили вместе до школы, а у входа расходились, чтобы заходить по отдельности. В университете я изменила своё мнение. Мы жили отдельно, а когда возвращались домой и встречались, я чувствовала, будто встретила единственного и неповторимого друга. Иногда мне кажется, что мы — избранные.
— Правда ли, что вы терзает себя навязчивой мыслью, что должны думать и творить интенсивнее, чем кто-либо?
— Я из тех, кто создаёт себе переживания на пустом месте. Беспокоюсь о том, о чём не стоило бы. Вот и это интервью — могла бы пройти спокойно, но я почти не спала прошлой ночью и почти ничего не ела. Всё из-за страха: «А вдруг спросят о чём-то, чего я никогда не делала?» А если встречаю нового человека, то потом до трёх-четырёх утра пережёвываю свои слова: «Это было лишним», «Вот тут надо было сказать иначе».
— Поговорим о книге. Говорят, трёхсотстраничный роман был написан всего за полтора месяца. А ещё — что слепой пёс главного героя на самом деле списан с Минта — вашей любимой собаки, которой, к сожалению, уже нет в живых. Писать этот роман было для вас ритуалом прощания?
— Я так и не смогла отпустить его (писательница открывает кошелёк, откуда глядит фотография белоснежного Минта). Обычно я не погружаюсь полностью в роман. Ведь я пишу не о пережитом: более 90% — вымысел. Но над этой книгой я плакала каждый раз, когда перечитывала черновики. Думаю, из-за Минта.
— Обычно вы создаёт персонажей, совершенно не похожих на себя, и ведёте повествование через них. Легко ли создавать героев, которые являются вашей полной противоположностью?
— Знакомые называют меня лгуньей. Мол, как можно настолько отличаться от персонажа и той жизни, которую ты описываешь? Иногда я сама думаю, не раздвоение ли у меня личности. Мне кажется, внутри меня живёт моя противоположность. В реальности я робкая и слабая, но стоит мне сесть за роман — я становлюсь твёрже и смелее.
— Ваш дотошный и чуткий характер, безусловно, играет огромную роль в безупречности стиля и архитектоники прозы. Вы стали писателем, потому что у вас нет других талантов, кроме умения писать?
— Скажу так: путешествия и письма — это общение. Это тоска, и это мост, ведущий к людям.
— Вы любите музыку? Что слушаете?
— В музыке я совершенно теряюсь. Всегда восхищаюсь музыкантами, очень им завидую. Мне кажется, из всех творческих людей именно они счастливее всех. В следующей жизни я хотел бы стать гениальным певцом или автором песен. Я мало знаю о музыке, поэтому и слушаю её нечасто. Никогда не работаю под музыку — любой фоновый шум мешает мне сосредоточиться. Так что можно сказать, я слушаю её редко.
Иногда по ночам меня внезапно накрывает тревога о будущем; тогда я забираюсь под одеяло и включаю детские песенки. Счастливее всего я была в детстве. Никаких забот, никаких мыслей о деньгах. Песни из тех лет успокаивают меня, и тревога уходит. Конечно, мне нравится и поп-музыка, но я верю, что детские песенки обладают самой очищающей силой. Поэтому я их так люблю.
— Почему вы выбрали темой книги именно письма?
— Письма — это нечто очень базовое. Можно сказать, это самая простая форма общения. В письмах ты вынужден вести диалог — отправляешь и получаешь ответ. Это самая основная форма письменной коммуникации. Сейчас у нас есть смс, мобильные телефоны, электронная почта. Но мне хотелось написать о самом первичном средстве общения, поэтому я выбрала тему писем. Особенно письма, написанные от руки, — они согревают душу.
Раньше я не была большой любительницей писать письма. Молодёжь сейчас тоже мало пишет от руки, но после выхода этой книги я получила множество рукописных писем от читателей. Я отвечала на каждое и думала: «Я написала книгу о письмах, а сама, как писатель, уже не пишу их». Мне стало даже немного совестно. Но в то же время я поняла, как сильно рукописное письмо согревает сердце и заставляет быть искренним. Оказалось, что, выводя слова от руки, я становлюсь честнее. Я могу без стеснения рассказывать о себе незнакомым читателям. В каком-то смысле, эта книга подарила мне особый дар.