Рисование для меня по-прежнему сродни битве, из которой я редко выхожу удовлетворённой. Интервью с Сандрин Као
Сандрин Као — французская художница и писательница вьетнамского происхождения. Её детство прошло недалеко от Парижа. Получила образование в книгоиздательской сфере, изучала книжную иллюстрацию в Высшей школе искусств Эпиналя. С 2008 года придумывает и рисует истории для детей и подростков. Азиатская культура занимает важное место в её творчестве — как в визуальном, так и текстовом плане, находя отражение в сюжетах её историй. В работах Сандрин всегда есть место ноткам нежности и поэзии в обычной жизни, она искусно умеет открыть читателям новые грани повседневности. Всего Сандрин выпустила двенадцать авторских книг и создала иллюстрации ещё для шести.
По словам Као, идея «После волн» пришла к ней во время локдауна. В это сложное время она задавалась вопросами: как справиться со страхом неизвестности и что делать в новых обстоятельствах; как продолжать мечтать, чтобы вдохновлять этим окружающих? Ей хотелось сделать акцент на отношениях героев с другими людьми, чтобы показать, что даже когда у нас не хватает ресурсов в одиночку справиться с чем-то, общение помогает нам держаться на плаву и надеяться на лучшее. Эта книга — воплощённая на бумаге поэзия с иллюстрациями в японском стиле. Квинтэссенция нежности, где мысли колеблются в такт эмоциям. «После волн» удостоилась особого упоминания на Международной детской книжной ярмарке в Болонье в категории «Комиксы для младших читателей» в 2023 году.
Поговорили с Сандрин Као о пути в профессию, любимом месте для творчества, книгах детства и планах на будущее.
— Как складывался ваш профессиональный путь?
— С детства я любила читать книги, а писать истории я начала ещё в средней школе. Но я понимала, что быть писателем может быть трудно, поэтому решила работать с книгами, говоря себе, что научусь позже, когда стану старше и опытнее... Потом я открыла для себя литературу для детей и иллюстрацию в детских книжках-картинках. Мне захотелось иллюстрировать свои собственные истории.
Я окончила курс рисования, чтобы познакомиться с художественной практикой, и поступила в художественную школу. Школа стала местом экспериментов и творческого соревнования, возможностью создавать издательские проекты. В конце обучения я поехала представлять свою работу на салон в Монтрё — так должны делать все выпускники, — и встретила там своего первого издателя, который принял мой дипломный проект. Это правда: моей первой книгой стал мой дипломным проект — история о путешествии двух мальчиков, которые хотели переехать в более благополучные страны. Он был опубликован в 2008 году.
Дальнейший мой путь состоял лишь из проб и ошибок. Мне даже кажется, что это чувство — будто ты нащупываешь дорогу — преследует меня с тех пор, как я занялась рисованием, хотя изначально я чётко наметила себе другой путь. Я пытаюсь прогрессировать в иллюстрации, экспериментируя с разными техниками, были и попытки писать более объёмные тексты (то есть романы). Я отправляла свои проекты в разные издательства, книги которых меня трогали и нравились мне. Во многом я продолжаю делать то же самое и сегодня, лишь с чуть меньшими трудностями, чем в начале. Хотя...
— У вас есть любимое место, где вы пишете?
— Да, я пишу лёжа на кровати с ноутбуком, но никому не говорите! На кровати я одновременно расслабляюсь и концентрируюсь. Кроме того, у меня есть ещё одна работа, и иногда приходится писать по ночам.
— Откуда вы черпаете вдохновение?
— Из воспоминаний детства, семьи, от посещения выставок, чтения книг, просмотра фильмов, прогулок, путешествий.
— Что вы любили читать в детстве, в юности?
— В детстве я читала очень мало. У моих родителей дома было много книг, но они были на китайском, так что я не могла их читать. Я была невероятно застенчивой и не решалась выбирать книги в школьной библиотеке. Поэтому я в основном читала и перечитывала одни и те же книги, особенно две: сборник китайских сказок и единственную книжку-картинку, которая у меня тогда была, — «Последние великаны» Франсуа Пласа, самое первое издание, мне его подарили.
А потом, в колледже, я читала то, что нам задавали, как прилежная ученица. Я выбирала книги из списков для летнего чтения, которые нам давали учителя французского. Так я проглотила классику. У меня также был абонемент в библиотеку, где я часто брала книги с выставленных стеллажей, доверяясь рекомендациям библиотекарей. Так я открыла для себя авторов вне школьной программы.
— Кем вы себя больше ощущаете — автором или иллюстратором?
— Не знаю, можно ли ставить вопрос именно так. В конце концов, с того момента как ты опубликовался как автор, ты можешь называть себя автором, — так же, как и иллюстратором, если ты проиллюстрировал книгу. В моём случае скорее вопрос в том, считаю ли я себя лучшим автором, чем иллюстратором, или наоборот, или чувствую ли себя более уверенно и комфортно в одной области, чем в другой, верно?
|
Честно говоря, я никогда не чувствовала себя уверенно в иллюстрации: я начала рисовать довольно поздно, и мой технический уровень был довольно низким по сравнению с однокурсниками в художественной школе. Мне пришлось много работать, экспериментировать, и это давалось с трудом. Рисование для меня по-прежнему сродни битве, из которой я редко выхожу удовлетворённой.
Напротив, писательство связано для меня с идеалом и детством, потому что я любила писать с самых ранних лет. Именно писательство привело меня к рисованию, потому что в какой-то момент я подумала, что было бы здорово иллюстрировать свои собственные истории. Писательство всегда было со мной, поэтому я чувствую себя в нём увереннее, хотя, как правило сомневаюсь в своих текстах и не могу обойтись без вычитки и критического взгляда редактора.
|
— Какой техникой вы пользуетесь для иллюстраций?
— Техникой, которая актуальна в данный момент, в зависимости от моих экспериментов, влияний. И от текста, который нужно проиллюстрировать. В последнее время чаще коллаж, цветные карандаши, краски.
— Какие у вас творческие планы?
— Найти постоянную работу, потому что писательство, иллюстрация и подработки не позволяют мне нормально жить.
Перестать писать грустные или меланхоличные проекты для книжек-картинок, потому что их больше никто не хочет. Заодно перестать делать грустные или меланхоличные иллюстрации, потому что они редко приводят к заказам.