Современные детские энциклопедии — это то, о чём я бы мечтала в детстве! Интервью с Марией Гурьевой
Мария Гурьева — исследовательница, преподавательница, организатор культурных и академических проектов. Мария увлеклась исследованием фотографии уже больше 10 лет назад и сейчас преподаёт историю и теорию фотографии в университетах и на альтернативных образовательных площадках, пишет статьи, читает публичные лекции и занимается организацией международной конференции «После (пост) фотографии».
Книга «Фотография» — дебютный проект Марии в детской литературе.
Поговорили о том, что фотография не равна реальности, что современные дети живут не только в цифровом мире, а ещё о том, какие книги Мария любила читать в детстве и какие фотографы произвели на неё впечатление.
— Фотография — сфера ваших научных и профессиональных интересов. Расскажите, пожалуйста, с чего все началось.
— Я работала поочерёдно в нескольких областях менеджером культурных проектов. Очередным местом работы стал музей «Росфото». Там я поняла, что именно о фотографии хочу писать свою кандидатскую. Причём не о той фотографии, которую принято считать достойной музея, — не о шедеврах и важных исторических свидетельствах, а о той, которая остаётся за пределами этого круга, — о повседневной, обыденной, массовой.
— Издательство пришло к вам с идеей о детской книге о фотографии. У вас уже были такие мысли или это было неожиданностью?
— Мне в целом очень нравится идея, что наука должна выходить из кабинетов учёных и становиться доступной широким аудиториям. Особенно наука о культуре — о том, что нас окружает и формирует, в чём мы каждый день сами участвуем. Обычно мои популяризаторские инициативы направлены на взрослые аудитории. О детской книге я до этого не думала.
— Были ли вы знакомы с «Поляндрией» до начала работы?
— Видела некоторые замечательные книги.
— В чём особенности адаптации научного материала для детей? Как рассказать просто о сложном?
— Вот это и есть главная задача — рассказать просто о сложном, сделав сложное понятным и по возможности не потеряв глубины и точности. Если бы у меня кто-то спросил совета, на кого ориентироваться в том, как это делать, — я бы предложила почитать Эрнста Гомбриха, Юваля Ноя Харари или вот прекрасную книжку «История мысли» Люка Ферри, в которой понятным языком рассказана история философии, — но эти авторы пишут для взрослых аудиторий, не для детских.
— Как вы относитесь к формату «детский научпоп»? Современные энциклопедии отличаются от тех, что были у нас в детстве?
— Я в целом любознательный читатель научпопа, и мне очень повезло, что в моём детстве родители заботились о наличии дома детских энциклопедий, журналов, «почемучек». Но честно признаюсь, давались мне эти тексты сложновато. Сборники «Сказки народов мира» читать было гораздо интереснее. Современные детские энциклопедии — это то, о чём я бы мечтала в детстве!
— Какие книги вы любили в детстве?
— Сказки народов мира. Художественную литературу. Книги из серии ЖЗЛ.
— Чего самого простого не знают про фотографию?
— Что фотография — вовсе не окно, сквозь которое можно посмотреть на мир. Она — всегда чей-то взгляд. Даже если это взгляд видеорегистратора или фотобудки, он всё равно настроен людьми, действующими в соответствии с какими-то культурными нормами и представлениями о том, каким должно быть изображение в этом регистраторе. Мы в целом знаем, что фотография не равна реальности, но довольно часто об этом забываем.
— Было что-то, что вы не написали в книге, а хотели бы?
— Начиная работу над книгой, я делала опрос через знакомых и друзей, у которых есть дети возраста 10–13 лет, — что им хотелось бы прочитать в книге о фотографии. И там было много прекрасных ответов, которые прямо просились в книгу. Например, фраза одного мальчика: «Я слышал, что в чёрной комнате, на чёрном столе, в чёрной баночке делают бумажные фотографии. И что в эту комнату можно войти только с красным фонарём». Но может быть, это станет началом ещё одной, отдельной книги, — например, о магической стороне фотографии.
— Как сложился ваш творческий тандем с иллюстратором? Так ли вы представляли себе вашу книгу?
— Как я представляла себе книгу? Ой, очень, очень смутно. Я обычно пишу академические или околоакадемические тексты по исследованиям фотографии, а в качестве картинок у меня — фотографии, которые я исследую. Я считаю, что мне очень повезло с иллюстратором! Маша замечательная, и у неё есть, в отличие от меня, опыт работы над иллюстрированными детскими книгами. Это очень помогало в рабочем процессе.
|
|
— Какое открытие вы сделали, работая над этой книгой?
— Одно важное открытие — о том, как дети обращаются с фотографиями. Мы привыкли думать, что нынешние дети рождены в цифровом мире и имеют дело только с цифровыми фотографиями. А вот оказывается не так. Мне было интересно и удивительно узнать, насколько разные фотографические практики у современных детей. Да, они обмениваются фотографиями в соцсетях и ищут в интернете картинки для школьных презентаций. Но они и перелистывают школьные альбомы, и распечатывают фотографии, чтобы украшать ими комнату, и вырезают фотографии из журналов, чтобы с ними играть. Это в целом хорошая иллюстрация того, насколько разнообразны практики обращения с фотографиями в современной культуре.
— Есть ли у вас любимый фотограф? Почему? Следите ли вы за современными фотографами?
— Я как исследовательница занимаюсь так называемой вернакулярной фотографией — это и семейные альбомы, и какая-нибудь полицейская фотография на документы, и народное творчество. Довольно часто там нет автора или авторство неизвестно. Мне интересны не столько авторы как творцы, сколько сами по себе фотографические практики и те смыслы, которые мы вкладываем в фотографии и в то, что с ними делаем. Но у меня были в жизни два фотографических потрясения, связанные именно с авторской фотографией. Оба раза я попала на выставку, и фотографии со мной внезапно очень срезонировали. Первый раз это был Анри Картье-Брессон, второй — Нэн Голдин.
— Какое место в вашей повседневности занимает фотография?
— Я, как многие, фотографирую своих детей, близких, друзей, места, которые хочется запомнить. В остальном я чрезвычайно любопытный и благодарный зритель очень разной по функциям и качеству фотографии.
— Хотели бы вы прочитать такую книгу в детстве? Как думаете, что-нибудь бы изменилось?
— В детстве я была страстной поклонницей балета. Думаю, я очень хотела бы прочитать такую же книгу, но про балет!